82. Народы Ленинградской области 2

82. Народы Ленинградской области 2

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области. Часть вторая: ингерманландские финны, тихвинские карелы»

Коренные народы Ленинградской области

Часть вторая: ингерманландские финны, тихвинские карелы

Стенгазеты благотворительного образовательного проекта «Коротко и ясно о самом интересном» (сайт к-я.рф) предназначены для школьников, родителей и учителей Санкт-Петербурга. Они бесплатно доставляются в большинство учебных заведений, а также в ряд больниц, детских домов и других учреждений города. Издания проекта не содержат никакой рекламы (только логотипы учредителей), политически и религиозно нейтральны, написаны лёгким языком, хорошо иллюстрированы. Они задуманы как информационное «тормошение» учащихся, пробуждение познавательной активности и стремления к чтению. Авторы и издатели, не претендуя на академическую полноту подачи материала, публикуют интересные факты, иллюстрации, интервью с известными деятелями науки и культуры и надеются тем самым повысить интерес школьников к образовательному процессу. Отзывы и пожелания направляйте по адресу: pangea@mail.ru или через диалоговое окошко на сайте к-я.рф. Мы благодарим Отдел образования администрации Кировского района Санкт-Петербурга и всех, кто бескорыстно помогает в распространении наших стенгазет. Наша сердечная благодарность Ольге Игоревне Коньковой, руководителю Центра коренных народов Ленинградской области, которая любезно пре­доставила материалы. В номере использованы фотографии: Николая Абрамова, Стаса Бутыгина, Петра Васильева, Олега Загорулько, Ольги Коньковой, Елены Парконен, Леонтины Сакса, Дениса Тарасова, Анны Тыквиной, участников фольклорно-этнографического клуба «Василиса». Рисунки Ольги Коньковой, Людмилы Пости, Леонтины Сакса.
Коренные народы на карте Ленинградской области. Увеличенная фотография в новом окне
Коренные народы на карте Ленинградской области: водь (1), ижоры (2), ингерманландские финны (3), русские (4), вепсы (5), тихвинские карелы (6).

Дорогие друзья, мы продолжаем наш рассказ о народах, издавна проживающих на землях от Онежского озера до берегов Финского залива (на территории современной Ленинградской области). Этот выпуск посвящён истории и традиционной культуре ингерманландских финнов и тихвинских карел (о народах вепсы, водь и ижоры мы писали в стенгазете №80). Выпуск подготовлен по материалам, которые любезно предоставила Ольга Игоревна Конькова – руководитель Центра коренных народов Ленинградской области, председатель Комиссии по межнациональным и межконфессиональным отношениям Общественной палаты Ленинградской области, учёный-этнограф, член Международного консультативного комитета финно-угорских народов, инициатор программы поддержки коренных малочисленных народов, один из авторов справочно-информационного издания для детей и подростков «Коренные народы Ленинградской области», изданной Центром коренных народов Ленинградской области при содействии Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамеры) Российской академии наук.
Даты, имеющие отношение к теме выпуска: Международный день коренных народов мира (9 августа) и Дни родственных финно-угорских народов (ежегодно в конце третьей недели октября).


Ингерманландские финны

История

Коренные народы на карте Ленинградской области. Увеличенная фотография в новом окне
Ингерманландская финка в праздничном костюме финнов-эурямёйсэт.

Ингерманландские финны появились на земле между реками Нарова и Лава после русско-шведских войн и Столбовского мира 1617 года, когда эти земли отошли почти на 100 лет шведам. В новую шведскую провинцию Ингерманландию переселялись финские крестьяне с Карельского перешейка и из восточной Финляндии. После возвращения этих земель в состав России финские крестьяне в Финляндию не ушли, а остались жить в ставших уже родными деревнях. Финны исповедовали лютеранскую веру, и церковь создавала в приходах финские школы, которых к началу XX века было 229. Учителей готовила Колпанская учительская семинария (1863–1919) под Гатчиной. Первая местная финская газета была основана в 1870 году. В 1920–1930-е годы в Ленинградской области были национальные финские сельские советы и национальный район. Издавались газеты, журналы и книги на финском языке, действовали финские школы, техникумы, отделения институтов, издательство, два театра, два музея, даже велось радиовещание на финском языке. «Кулацкие чистки» и «очистка приграничных деревень» в 1930-х годах привели к высылке десятков тысяч финнов. В 1937 году начались массовые репрессии, финские церкви и школы были закрыты, многие тысячи финнов расстреляны. Новые беды принесла война. Финны, оказавшиеся в кольце блокады, в марте 1942 года были вывезены на побережье Ледовитого океана. Большая часть финнов на оккупированной немцами территории была выселена в 1943–1944 годах в Финляндию как рабочая сила. После возвращения в СССР им было запрещено селиться в родных местах. После ссылок многие финны стали жить в Эстонии и Карелии, в свои финские деревни Ленинградской области вернулась только 1/10 часть прежнего довоенного населения.
В настоящее время организуются курсы финского языка, действуют хоры, издаётся финская газета, поддерживаются национальные виды спорта, проводится финская масленица Ласкиайнен, летний праздник Юханнус, день ингерманландской культуры Инкеринпяйвя. Об истории и культуре ингерманландских финнов рассказывают сайты «Коренные малочисленные народы Ленинградской области», inkeri.spb.ru, интернет-портал inkeri.ru, Мобильный музей коренных народов Ленинградской области. По сведениям 2010 года, в Ленинградской области, в основном в Волосовском, Всеволожском, Гатчинском, Кингисеппском и Ломоносовском районах, проживает 4366 ингерманландских финнов. Ингерманландские финны называют себя суомалайсия или инкерин суомалайсэт и используют ингерманландские диалекты финского языка.

Характер

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Ингерманландские финны-савакот: слева – из прихода Губаницы (Волосовский район), справа – из прихода Колтуши (Всеволожский район).

Ингерманландским финнам присущи трудолюбие, бережливость и особое упорство, которое имеет у финнов даже специальное название сису. Всё в финских хозяйствах делалось основательно, к труду относились честно и работали все. Финны говорили: «Только тот, кто трудится, достоин вознаграждения». Поэтому к богатству относились не как к удаче, а как к результату напряжённого труда. Ингерманландские финны исповедовали лютеранство, которое во многом определяло их жизнь. В финских деревнях строго осуждалось пьянство. А вот грамотность поощрялась! Финны были очень грамотным народом – более 70 % крестьян умело читать и писать. Без этого умения нельзя было пройти церковный «экзамен» и жениться! Ингерманландские финны представляли собой две группы: финны-эурямёйсэт были по происхождению карелами, они долго сохраняли не только свою культуру, особое наречие и великолепный костюм (о нем читайте в разделе «Одежда ингерманландских финнов»), но и свой характер: основательный и медленный. Они глубоко чтили свои обычаи, считая, что всё, что сделано дедами, правильно и свято. Вторая группа – финны-савакот – были более общительными, они быстрее перенимали всё новое и были прекрасными торговцами.

Занятия

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Ингерманландские финны-эурямёйсэт из прихода Токсово (Всеволожский район).

Основным занятием ингерманландских финнов было земледелие, причём издавна отмечалось, что «чем больше финнов в данной местности, тем больше и пашни». Ещё в XVIII веке финны выращивали рожь, ячмень, овёс, гречиху и горох, лен и коноплю. На песчаных почвах некоторых северо-восточных районов, а также в окрестностях Волосово хорошо родился картофель, и к середине XIX века он стал истинно «финским» овощем, о нем даже пели песни! Картофель финны стали возить на петербургские рынки. Но самым важным был для ингерманландских финнов молочный промысел. Прежде молоко приходилось возить в город на телегах, а затем «охтенки» – финские молочницы разносили его по домам, держа по несколько бидонов молока на коромысле. Был у ингерманландских финнов и особый «питомнический» промысел: крестьяне брали на воспитание сирот из Воспитательного дома и от частных лиц в Петербурге, получая за это определённую сумму денег. Такие руунулапсет («казённые дети») воспитывались наравне с собственными детьми в финских традициях.
Финские крестьяне сбывали ягоды прямо в Петербург, а грибы возами свозили на рынки. В особенно урожайные годы сбор грибов оказывался выгоднее хлебопашества! Рыболовством финские крестьяне занимались во всех уездах Петербургской губернии. Самый большой лов шёл зимой на Финском заливе и Ладожском озере подлёдными неводами. На реке Луге ловили миногу, которая очень охотно раскупалась и в Нарве, и в Санкт-Петербурге. А с Ильина дня (2 августа) начиналась ловля больших раков – один человек мог наловить до 300 штук в день. В прибрежных деревнях финские мастера строили лодки.
Ингерманландские финны разводили и продавали гусей, их перегоняли в город «своим ходом», предварительно покрыв им лапки дёгтем и песком, чтобы птицы не стёрли в пути перепонки. Многие финны везли на городские рынки садовые ягоды, мёд, дрова, веники, сено и солому. У ингерманландских финнов насчитывалось более 100 видов ремёсел и кустарных производств. Были и уникальные финские промыслы: например, изготовление цветов из стружек или сбор муравьиных яиц, которые шли на корм аквариумным рыбкам и домашним птицам.

Деревни и дома

К началу ХХ века только на Карельском перешейке повсеместно сохранялась старинная финская «свободная» планировка деревень, когда дома располагались не вдоль улицы, а совершенно произвольно, занимая сухие возвышенные места или склоны холмов. Расстояние между домами обычно составляло более 30 м. В других ингерманландских финских деревнях дома стояли вдоль улиц близко друг к другу. В прежние времена в центральной и западной частях Петербургской губернии финны чаще всего строили длинные дома и соединённые с ними крытые дворы, подобно русским. Но к северу от столицы обычно сохранялась старинная традиция, когда большие каменные или деревянные дворы ставились отдельно от дома. Для защиты от пожаров огромные риги для просушки хлеба и маленькие бани ставились на отдалении от жилых изб. Ещё до середины XIX века дома финнов были по большей части курными (топившимися по-чёрному) с низкими потолками и высокими порогами. Вместо окон прорубались световые отверстия, закрывающиеся деревянными задвижками, лишь у богатых крестьян в избах были слюдяные окна. Крышу крыли соломой, позднее – щепой. Избы, топившиеся по-чёрному, сохранялись даже вблизи от Петербурга, так что порой из окна можно было видеть золотые купола его церквей. Позднее финские дома изменились, особенно из-за городских жителей, которые снимали дачи в финских деревнях. В них появились печи, топившиеся «по-белому», печи-голландки и городская мебель.

Одежда

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Ингерманландские финны-эурямёйсэт из Центральной Ингерманландии (Гатчинский и Ломоносовский районы) в праздничной одежде.

Мужчины носили летом полотняные, зимой – суконные штаны хоусут. Рубаха пайта шилась из белого холста и у ингерманландских финнов, живущих по берегам Луги, могла быть украшена вышивкой. Верхней одеждой служили длинные суконные кафтаны, поддёвки и овчинные шубы. Особой гордостью были кожаные сапоги и широкополые шляпы с низкой тульёй. Женская одежда ингерманландских финнов была яркой, и в каждом приходе были свои отличия, цветовые предпочтения, узоры вышивок. Самой красивой считалась одежда финок-эурямёйсэт от Гатчины до южного берега Финского залива. Особенно замечательна была рубаха из тонкого льняного полотна – она на груди украшалась прямоугольной вставкой рэкко, где шерстяными нитями красных, оранжевых, жёлтых, коричневых, зелёных и синих цветов вышивались геометрические орнаменты. Поверх рубахи носили сарафан. Праздничный сарафан шили из синего сукна, а его лямки – из красного. По будням носили льняной красный сарафан. Поверх юбки повязывали передник и яркий пояс с большими кистями. Выходной костюм дополнялся белыми вязаными узорчатыми перчатками. Головным убором девушек был очень красивый венец сяппяли из красного сукна, украшенный металлическими «шипами», бисером и перламутром. Замужние женщины носили белые полотняные чепцы с кружевом по краю. К северу от Петербурга финки-эурямёйсэт носили похожую рубаху с вышитым рэкко, а поверх надевали длинную юбку на лямках из синей, чёрной или коричневой полушерсти, по подолу которой шёл волан из жёлтой или красной ткани. Зимой надевали шубы, тулупы, тёплые платки и красивые вязаные перчатки. Финки-савакот носили другой, более современный костюм из белой рубахи, полосатой юбки, жилета и чепца. Особо яркой была женская одежда финок-савакот в окрестностях деревни Колтуши. Там очень любили красный цвет: и шерстяную ткань для юбок ткали красными и жёлтыми квадратами или, реже, полосами, и лифы и кофты тоже шили из красной ткани, отделывая их по краю зелёной или голубой тесьмой, и передники тоже делали из красной «клетки».

Семейные обряды

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Традиционные орнаменты вышивки Ингерманландских финнов.

Молодые люди считались взрослыми, когда овладевали трудовыми навыками. Но для получения разрешения на венчание они должны были пройти особый церковный обряд – конфирмацию (обряд сознательного вступления в церковную общину), и для этого вся молодёжь в возрасте 17-18 лет две недели обучалась в конфирмационной школе при приходской церкви читать и писать. Как правило, невесту выбирали родители жениха. В первую очередь они обращали внимание на то, хорошая ли она работница, богатое ли у неё приданое, какую славу имеет её семья. При этом красота девушки была не столь важна. Сватовство у ингерманландских финнов долго сохраняло древние черты: оно было длинным, с повторными визитами сватов, посещением невестой дома жениха. Это давало обеим сторонам время на раздумье. Финские семьи были многодетны. Кроме того, финны часто брали на воспитание детей из петербургских приютов.

Пища

В кухне ингерманландских финнов соединились и древние финские, и деревенские русские и петербургские городские традиции. За столом обычно собиралась вся семья, и отец, сидящий во главе стола, читал молитву и нарезал хлеб каждому. Во время еды разговаривать было нельзя, детям говорили: «Закрой рот, как яйцо», иначе ребёнок мог получить ложкой по лбу! Еду на ночь со стола убирали (могли оставить лишь горбушку хлеба и Библию), особенно опасно было забыть на столе нож – ведь тогда мог прийти «злой дух». Основной пищей ингерманландских финнов были капуста и репа, а к концу XIX века стал картофель – они считались даже важнее хлеба! По понедельникам пекли на всю неделю чёрный хлеб в форме высоких ковриг из кислого ржаного теста. Часто делали и лепёшки из ржаной или ячменной муки, обычно их ели с яичным маслом. Похлёбки были разные, но самой распространённой были щи из кислой капусты, реже варили гороховый суп и уху. Каши были чаще всего из ячменя. Много было молочных продуктов: молоко, простокваша, творог, хотя большую их часть везли на рынки. Особой любовью пользовался овсяный кисель, его ели и тёплым, и холодным, и с молоком, и со сливками, и с растительным маслом, и с ягодами, с вареньем, и с жареными свиными шкварками. По праздникам пекли самые разнообразные ватрушки и пироги. Пили обычно чай, летом – квас. Ингерманландские финны любили пить кофе, который варили из прожаренного зерна или корня цикория иногда в самоварах!

Праздники

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Куклы ингерманландских финнов.
 
Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Ингерманландские обрядовые соломенные куклы олкасуутари.

Ингерманландские финны считали Йоулу (Рождество) самым большим праздником в году и очень ждали его: «Приходи, праздник, наступай, Рождество, уже избы вычищены, и одежды запасены!». Подготовка к Рождеству начиналась заранее, а сам праздник продолжался 4 дня. В канун Рождества топили баню и приносили в избу рождественскую солому, на которой спали в рождественскую ночь. С темнотой зажигали свечи, читали рождественские тексты из Евангелия, пели псалмы. Затем следовал ужин. Рождественская еда должна была быть очень обильной, и, если она заканчивалась в середине праздников, это означало, что в дом придёт бедность. Все время Рождества на столе лежал особый «крестовый» хлеб, на котором был нанесён знак креста. Хозяин отрезал кусок для еды, а сам хлеб уносили после праздника в амбар. Там он хранился до весны, когда часть его получали пастух и скот в день первого выгона скота на пастбище и сеятель в первый день сева. После ужина начинались игры с соломенной куклой олкасуутари. Это слово переводится как «соломенный сапожник», но, вероятнее, оно происходит от русского слова «сударь». С суутари играли так: играющие становились спиной друг к другу, держа длинную палку между ног. При этом один из играющих, находящийся спиной к суутари, старался опрокинуть его палкой, а стоящий лицом к соломенной кукле – защитить её от падения. У суутари старались разузнать какие-либо касающиеся дома важные вещи. Так, порой у суутари делали корону из колосьев, для чего из соломенного снопа выхватывали горсть колосьев. Если число взятых колосьев было чётным, то в новом году ждали свадьбу. В Ингерманландии долгое время сохранялись традиции прихода йоулупукки («рождественского козла»). Он одевался в надетую навыворот шубу и меховую шапку. Его борода из пакли напоминала козлиную, а в руках у него был шишковатый посох. Такой йоулупукки должен был выглядеть в глазах маленьких детей устрашающим, но страх побеждало ожидание подарков: игрушек, сладостей и новой одежды.
Весёлой у финнов была и Масленица – Ласкиайнен, когда все катались с гор, чтобы «лен вырос высоким и чистым, а репа величиной с угол дома!». Но самыми радостными были Хэлаторстай (Вознесенье) и Юханнус (Иванов день), когда по всем деревням жгли высокие костры, танцевали всю ночь и гадали о будущей жизни.

Фольклор

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Деревянная игрушка ингерманландских финнов (конь).

У ингерманландских финнов в конце XIX – начале ХХ века были записаны древние песни о создании острова с девушкой, к которой сватаются разные герои, о ковании золотой девы и различных предметов. Всех слушающих пугали рунами о сватовстве коварного сына Коёнена и его страшном убийстве своей невесты и радовали песнями о девушке Хелене, избравшей себе мужа из края солнца. Фольклорное богатство ингерманландских финнов составляют тысячи метких пословиц и поговорок, сотни сказок, быличек и преданий. Были у местных финнов и свои особые танцы-игры рёнтюскя, соединившие городскую кадриль и весёлые песни. Старинным музыкальным инструментом у финнов в Ингерманландии был кантеле. Обычно его вырубали из куска ствола дерева, а струны делали из конских волос. Обычно на кантеле играли женатые мужчины. А когда готовились к рыбной ловле в Ладожском озере, то старались взять в команду на большую лодку рыбака, умеющего играть на кантеле, чтобы он мог прекрасной музыкой «успокоить» штормовые ладожские волны. Также ингерманландские финны играли на вирсиканнель, похожем на виолончель с одной струной, часто исполняя под его звуки церковные псалмы. Финские пастухи изготавливали дудки из тростника или ивы, берестяные пастушьи трубы, трещотки и «стукалки». А с конца XIX века во многих финских деревнях появились настоящие духовые оркестры.

Тихвинские карелы

История

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
На празднике тихвинских карел «Родники земли Климовской» в деревне Климово (Бокситогорский район).
 
Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Тихвинские карелки на фотографиях 1911 года.

Тихвинские карелы сейчас населяют верхнее течение реки Чагоды в современном Бокситогорском районе Ленинградской области, хотя их древней родиной был Карельский перешеек. Появление карел на новых землях связано с трагическими событиями XVII века – войнами между Россией и Швецией. После заключения в 1617 году Столбовского мира северо-западные земли Московского государства, в том числе и Карельский перешеек, отошли Швеции. Все тяготы войн и непомерные налоги легли на карел. Кроме того, карелы уже к XV веку стали православными и сопротивлялись обращению в лютеранскую веру, которую принесли шведы. Началось массовое переселение карел. В старинных документах писали: «Бежали для трёх причин: первое – для веры, другое – для языка и своей природы, третье – от больших податях тягости». Часть карел поселилась в окрестностях знаменитого Тихвинского монастыря, давшего бежавшим «корелянам» приют, откуда они и получили своё название. 1656 год считается официальной датой поселения карел в Тихвинском крае. Местные жители говорили, что и их «отцы не помнят, когда заселили сюда карел». Ведь своей письменной истории тихвинские карелы не имели, а передавали её в легендах и преданиях. На новых местах тихвинские карелы сохранили не только свой диалект карельского языка, свою культуру и знания, но и «карельскую» веру.
Об истории и культуре тихвинских карел можно узнать в краеведческом школьном музее в деревне Климово Бокситогорского района, на сайте «Коренные малочисленные народы Ленинградской области», в группах в социальных сетях. Каждый год в конце июля в деревне Климово проходит праздник «Родники земли Климовской», собирающий карельские творческие коллективы и сотни гостей, проводятся конференции и круглые столы по вопросам карельской истории и культуры.
Сейчас тихвинские карелы живут в 15 деревнях современного Климовского сельского поселения Бокситогорского района Ленинградской области. Их численность составляет около 400 человек. Тихвинские карелы называют себя тиифинян карьялазэт. Пожилые люди ещё используют особый тихвинский диалект карельского языка (карельский язык входит в северную группу прибалтийско-финских языков, он близок вепсскому, финскому и ижорскому языкам).

Характер

Тихвинские карелы славились своим трудолюбием, удивительной честностью и прямотой. У них был сдержанный характер. Их медлительность в суждениях сочеталась с порядочностью и спокойствием, они никогда не писали доносов друг на друга, плохо о других не говорили и никогда ни на что не жаловались! Будучи староверами, тихвинские карелы жили замкнуто, редко общаясь с «чужаками». Все почитали стариков, не бранились, водку не пили и не курили. У тихвинских карел были строгие порядки: за драку провинившемуся надо было 2000 раз поклониться всему деревенскому народу, а за грубое слово – 500 раз! Правда, за танцы и святочное ряжение старики молодых тоже наказывали, даже били веником. Считалось, что именно поэтому тихвинские карелы не умели плясать. Тихвинские карелы говорили: «Деньги не важны, они как дым из трубы уйдут!». Не случайно образцом правильной жизни более 100 лет служил у тихвинских карел рассказ о двух братьях Бирючевских, которые в конце жизни отказались от богатств, ушли жить в лес и питались соком деревьев.

Занятия

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Берестяная и деревянная посуда тихвинских карел.

Основным занятием тихвинских карел было земледелие. Они выжигали подсеку и собирали хорошие урожаи ячменя и овса. Карелы также сеяли гречиху, горох, репу, картофель, капусту, огурцы, выращивали коноплю и лен. Орудия труда для обработки земли карелы изготавливали сами. Из первого зерна нового урожая варили кашу и пекли пироги, а затем хозяева съедали их на краю поля – карелы верили, что этим обеспечивают себе урожай будущего года. В каждом хозяйстве были домашние животные. У карел издавна были распространены местные породы скота: низкорослые коровы, лошади (тоже малорослые и малосильные, но лёгкие на ходу), грубошерстные овцы. Для них нужно было заготовить много кормов, и на сенокос выходили всей семьёй. Покосов было мало, приходилось выискивать дополнительный корм для скота – собирать листья деревьев, молодую кору сосны, озёрный хвощ, картофельную ботву, лебеду. Для сохранения, благополучия и приумножения скота у тихвинских карел существовало очень много различных примет, заговоров и запретов. Большим подспорьем в хозяйстве карел всегда являлись охота и особенно рыболовство. Самым важным считался первый весенний улов. Тихвинские карелы верили, что именно по первому улову можно определить удачное время сева зерновых, что обеспечит хороший урожай и убережёт семью от голода. Каждая семья имела свои излюбленные места для ловли рыбы. Среди рыб карелы особо ценили щуку и налима. И в настоящее время в карельском доме часто можно увидеть щучью челюсть, которая служит оберегом.
Занимались тихвинские карелы и лесными промыслами. Мальчики уже с 9 лет ходили на распиловку леса. Часть крестьян нанималась на работы на местный кирпичный завод. В деревнях Толсть и Дятелки семьи занимались гончарным промыслом. А в деревнях Новинка и Дубровка жили кузнецы, плотники и столяры.

Одежда

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Традиционные орнаменты вышивки тихвинских карел.
 
Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Народная одежда тихвинских карел: костюмы парня и девушек, костюм молодой замужней женщины.

Женская одежда тихвинских карел состояла из белой полотняной рубахи, сарафана, пояса, передника и головного убора (повойника или сороки). Мужская – из рубахи, портов, пояса и жилета. В холодное время поверх надевали кафтаны и шубы из меха белки, зайца, лисицы. Рубахи и будничные сарафаны шили из домашнего льняного полотна – как и полотенца, постельное белье, скатерти и матрасники. Каждая хозяйка ткала и грубошерстное полусукно из льняных и шерстяных нитей для кафтанов и мужских портов. Изредка его красили в коричневый или темно-бордовый цвет. Из сукна шили одежду для рыбной ловли, охоты и работы в лесу. В конце XIX века у коробейников, в лавках или на ярмарках можно было купить покупные ткани – ситец, сатин, парчу, шёлк. Из них шили сарафаны и кофточки – «казачки». Зимней одеждой служили тулупы и шубы. Из кожи делали шапки, пояса и, главное, обувь и рукавицы. Зимой с кожаной обувью молодые мужчины носили шерстяные чулки, край которых выставляли на показ над голенищем. А карельские девушки в начале ХХ века очень полюбили носить сапоги «в гармошку», причём чем больше было складок на голенищах сапог, тем более модно это было!

Деревни и дома

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Карельский дом в деревне Коргорка (Бокситогорский район).
 
Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Карельская деревня Селище (Бокситогорский район).

По преданиям, пришедшие на эти земли карелы первые деревни ставили в «хороших» местах – на пригорках у рек и озёр. Старые деревни образовывали круг, обнесённый жердяной изгородью с обязательно закрытыми воротами, в центре которого стояла церковь или моленный дом, а жилые избы стояли беспорядочно вокруг. Но в некоторых деревнях сейчас уже преобладает уличная планировка, когда дома стоят вдоль длинной улицы. Свои дома карелы строили из сосновых или еловых брёвен, крышу крыли дранкой. Ещё в 1930-х годах в деревнях сохранялось много домов с печами, топившимися по-чёрному. Поэтому на праздники, особенно к Пасхе, девушки и молодые женщины тщательно мыли избы, очищая потолки и стены от копоти хвощом и мелким песком. «На задах» деревни строили риги с гумнами, амбары, кузницы. Там же ставили и бани, но само появление бань у тихвинских карел относится к началу XX века. До этого обычно мылись прямо в доме в печах. Воду в бане нагревали при помощи специальных камней, которые опускали в кадки коваными клещами. В бане не только мылись, но и проводили многие обряды. После рождения ребёнка в баню с новорождённым и его матерью отправлялась свекровь или бабушка («знающая»), которая их парила и совершала магическое оберегание (например, давала роженице с собой сковородник или ножницы).
Раньше у тихвинских карел был обычай приносить покойника «проститься» с баней. Специальную «баню для покойников» затапливали в поминальные дни. Карелы считали, что и в неурочное время в бане моются умершие, поэтому поздно ходить в баню и стирать в ней не разрешалось. Тихвинские карелы верили и в домашних духов-«хозяев». Дом оберегал «домовой». Чтобы истопить баню и помыться, полагалось просить разрешения у банных «хозяев», а уходя из бани, благодарить их, оставлять для них мыло и веник. Карелы считали, что существуют русалки, а в каждом водоёме живёт водяной дух, который не любит шума и ссор. Водяной мог рассердиться и уйти в другое озеро, уведя с собой рыбу. Разозлить водяного можно было и утопив в озере старое помело. Чтобы вернуть водяного с рыбой обратно, следовало отыскать помело и, вытащив из воды, отнести под расщепленное грозой дерево. «Хозяина» вод всегда «приглашали» на уху, сваренную на берегу из первого улова рыбы, и просили его содействовать рыбацкой удаче.

Пища

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Канун праздника. Традиционные пироги тихвинских карел.
 
Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Карельские «калитки».

Карелы-староверы строго относились к своей посуде: каждый должен был есть из своей тарелки и кружки и своей ложкой. Они строго придерживались всех четырёх главных годовых постов, а также не ели мясо, рыбу и молоко по понедельникам, средам и пятницам. В постные дни готовили кашу из солодовой муки, заваренную кипящей водой. В середину каши наливали постное масло или клали размятые ягоды. В эти дни готовили гречневую, ячневую, гороховую каши, гущи из гороха и толокна. Для приготовления гороховой каши горох отмачивали и проваривали в печке, потом заваривали ячменной крупой или мятым картофелем, солили, заливали подболткой из муки и воды. После этого опять ставили в печь «париться». Карелы пекли ржаной хлеб из кислого теста и ели его как отдельное блюдо. На праздник же пекли пироги-«курники» с рыбой, мясом, репой. Готовили и небольшие открытые пироги с начинкой из каш, толокна, картофеля, ягод (черники, брусники). Из пресного ржаного или ячменного теста готовили тонкие лепёшки «сканцы» и пекли на углях перед устьем печи. Готовые сканцы складывали в стопки, смазывая маслом, и ели, заворачивая в них кашу. По воскресеньям и в праздники пекли «рогушки» – пирожки с начинкой из молочной каши. Мясо вялили, солили, сушили и замораживали, но ели его редко. Чаще варили уху из свежей, сушёной или солёной рыбы. Щи готовили из квашеных зелёных листьев капусты. Любили тихвинские карелы молоко и все, что делалось из него, – масло, творог, простоквашу. Ели много ягод, а также грибы, которые сушили и солили. К праздникам варили пиво, в будни готовили квас и сусло.

Вера и верования

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Часовня в деревне Толсть (Бокситогорский район).

Большинство тихвинских карел были староверами (старообрядцами). Староверы сохраняли старинные правила и устои жизни, которые были распространены в России ещё до XVII века – времени церковного раскола. Они не признавали церкви и попов и говорили: «У нас своя вера: вековечная, строгая, хорошая, не поповская, не церковная». У карел-старообрядцев существовал свой календарь, носилась особая одежда, была своя система питания и личная посуда. Жили тихвинские карелы очень замкнуто: моленные дома, где они молились, объединяли сразу несколько деревень, внутри их осуществлялись браки, происходил обмен книгами. Эти группы деревень имели собственные святыни и праздники, часовни и кладбища. В каждой деревне были грамотные наставники – «отче», которые на основе старинных книг проводили богослужения, принимали исповеди. Огромным уважением пользовались женщины-«книжницы» – они хранили все обычаи староверов и читали старинные книги (Каноники и Псалтыри) на церковнославянском языке. У них были свои библиотеки, насчитывавшие до 80 старинных рукописных книг. Тихвинские карелы говорили: «Для всех хотящих счастья первый свет есть Христос, бог наш, второй – свет дневной, а третий – святые книги». В карельских деревнях проводилось религиозное образование детей, подростков и молодёжи, их посылали учиться в Москву, где был центр староверческих общин, основанный ещё в 1771 году. Больше всего карелы-староверы чтили кресты: их носили на себе, огромные деревянные кресты держали в часовнях, на старинные каменные кресты надевали рубашки, на своих могилах ставили безликие можжевеловые кресты. Существовали предания, что некоторые почитаемые каменные кресты «приплыли» по воде к тихвинским карелам. Почитались старинные кладбища, которые карелы называли «жальниками» и «рощицами». Почитались источники. В центре деревни Селище считали святой и целебной воду из «Донского» колодца, вырытого рядом с церковью во имя Донской иконы Божьей матери: эту воду переливали через дверную скобу и лечили ей глаза. Тихвинские карелы поклонялись старым деревьям. Часто рядом с деревнями росли священные «заповедные» сосновые рощи, их почитали, приносили жертвы деньгами, а также лентами и кусками ткани, которые завязывали на ветках. Рубить или калечить такие деревья было нельзя – говорили, что вскоре умрёшь или увечье сам получишь! Особо карелы почитали лес. Лес оберегал и наказывал, он мог завести и отпустить охотника или грибника, он мог отнять или сохранить скотину в стаде у пастуха. Считалось, что в лесу живут дети, проклятые родителями, и стоят дома «хозяев» леса. В лесу женщинам можно было плакать о своих горестях. Уходя из леса, карелы молились на четыре стороны, кланялись «лесному царю» и «лесной царице» и кричали: «Прощай, мой желанный лесик! Поди знай, буду ли ещё! Спасибо тебе за ягоды, за грибы, за воздух, за всё!». Карелы рассказывали, что «хозяин леса» мог показаться человеку или в виде огромного великана, или в облике гигантского быка.

Праздники

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Куклы тихвинских карел.

У карел-старообрядцев был свой календарь праздников. Требовалось строго соблюдать их. Особенно широко в каждой деревне праздновали один или несколько своих престольных праздников. Более всего тихвинские карелы почитали праздник в честь святого Егория и Воздвиженье. Чтобы уберечь свой скот от болезней и от хищников, владельцы первый раз выгоняли скот на пастбище в день Егория – покровителя скота, при этом совершая особый обряд – «отпуск». Накануне Егорьева дня хозяйка с колоколом на шее трижды обходила дом и затем надевала колокол на корову. Считали, что он спасёт скот «от всего дурного». Утром выводили скот обязательно в шерстяных рукавицах и стремились, чтобы животные переступали через кочергу, давали им по кусочку пресной лепёшки, испечённой в великий четверг накануне Пасхи, и произносили заговор. Затем пастух с горящей лучиной или свечой обходил стадо, как бы обводил вокруг него огненную черту, через которую в загон не мог проникнуть злой дух. На плечи пастуха была наброшена рыболовная сеть. После отправления «отпуска» сеть клали под большой камень.
По окончании жатвы тихвинские карелы устраивали праздник – «пироги серпа». К этому дню хозяйки пекли особые пироги полукруглой формы. Осенние полевые работы завершались «репным» праздником, который совпадал с религиозным праздником – Воздвиженьем.

Фольклор

Стенгазета «Коренные народы Ленинградской области, часть вторая».
Деревянная игрушка тихвинских карел (конь).

У тихвинских карел сохранилось много старинных преданий. Вспоминали о предках – 5-6 человеках, пришедших с севера, от которых «народились» местные карелы. В каждом доме могли рассказать о загадочной Литве, которая нападала на карел, принося им многочисленные беды. Ходили рассказы о заповедных исчезающих кладах, отмеченных на поверхности горящими свечами, и «старичках» – хозяевах этих кладов, которые во сне являлись человеку, указывая, как надо ночью добыть золото. Рассказывали и о золотом гробе литовского царя, и о затонувших церквах и колоколах. Ещё больше было преданий о христианских мучениках, о «богоотступниках», о чудесах и особенно о конце света. Бытовали рассказы о леших, которые являлись то в виде огромного мужика, то в виде большого рогатого быка, о красивых русалках, завлекающих рыбаков, о домовых, строго следящих за порядком. Рассказывалось много карельских сказок и быличек. На могилах исполнялись прощальные причитания. В праздники пелись весёлые песни и задорные частушки.

Выпуск подготовлен по материалам справочно-информационного издания для детей «Коренные народы Ленинградской области» (авторы – О. И. Конькова, Л. С. Лаврентьева, Л. А. Сакса), Санкт-Петербург, 2014 год.
 
Продолжение читайте в одном из следующих номеров нашей газеты.
 

Спасибо, что вы с нами.

Буду рад, если вы найдёте ошибку, выделите её и нажмёте Ctrl+Enter.


Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

Cloudim - .